Офис Президента предоставляет индульгенцию на системную коррупцию?

Ровно год назад новоиспеченный Президент Зеленский следуя за эхом инаугурацинной речи и раскатами оваций после дебатов на Олимпийском начал свой блицкриг в борьбе с коррупцией. Одной из первых мишеней стала таможня.

В глазах Гаранта она была легким, вкусным и достаточно символичным трофеем, а главное, раз она дает 40% бюджета страны, то именно на ней зарыт ключ к выполнению всех остальных обещаний.

Решение казалось простым, отстранить «схемщиков» и взяточников, назначить нормальных, кэш не собирать и бюджет сам наполнится.

Будущий, на тот момент, премьер Гончарук, который в легендарном наступлении играл роль верного оруженосца Гаранта, ознаменовал атаку фразой: «Запомните! На верх больше заносить не надо!» И тогда на таможне все испугались. По-настоящему.

Но прошел год, и можно уверенно сказать, что в этой схватке проигравшим оказался сам Гарант, а не его легкая добыча в лице таможни. Коррупционный монстр, который планировалось взять слету, вышел победителем, проник во власть и уже совсем не выглядит в ее глазах врагом. Теперь — это ресурс для решения многих задач. Прежде всего — предвыборных.

Но Президенту об этом говорить нельзя. Он раним, обидчив, раздражителен и нетерпим к подобного рода процессам, поэтому оградив его от лишней информации и докладывая цифрами и слайдами о победах на Одесских, Галицких, Киевских фронтах высшие чиновники в ОП выстраивают новый, уже свой «Офис контрабанды». Выстраивают кадрами «офиса контрабанды Порошенко и Януковича».

Давайте честно — «Офис контрабанды» был всегда. При любой власти, всех Президентах, Премьерах, Главах таможни или ГФС.

Живые, а главное системные деньги, происхождение которых для 98% населения абсолютно непонятно, были нужны власти всегда: на засевание гречкой избирательных округов перед выборами, на финансирование каких-то гуманитарных проектов, теневую рекламу, содержание штабов, в конце концов — на личное обогащение… Да мало ли на что. Был бы кэш — пристроим. А кэша там ого-го.

Крупные региональные таможни способны генерировать от одного до двух миллионов долларов наличными ежемесячно, при этом еще и выдавать приемлемый показатель наполнения бюджета. И всех все устраивает.

Правильно выстроенная структура глобального «Офиса контрабанды» в масштабах страны способна в месяц собирать несколько десятков теневых миллионов долларов. Так от чего же не строить и не укреплять коррупционную структуру?

Кто в игре?

Чтобы понять, что такое украинская таможня, и насколько глубоко ее дух пропитан коррупцией, нужно понимать главное: таможня — клановая структура, эволюционировавшая на протяжении всех лет независимости. К 30-летию Украины коррупция на таможне превратилась в совершенный, самодостаточный и трудно уязвимый организм. Она стала подобна белой акуле в океане.

От рядового инспектора до начальника поста, от директора департамента в центральном аппарате до начальника таможни нет случайных или непричастных к коррупции людей.

Каждый из них — член какой-то горизонтальной или вертикальной цепочки, каждый входит в некий клан, группу, команду. При этом, в зависимости от того, насколько та или иная группа или команда смогла приблизиться к действующей власти и получить «+» на работу, зависит то, сколько и какие цепочки пронизывают единый таможенный организм.

Заходят одни, вторые – временно довольствуются крошками с барского стола, ждут смены власти и «качают» первых. Власть меняется: первые — на выход, заходят вторые, затем третьи и так до бесконечности. Причем за одну каденцию власти «ветра перемен» могут бушевать по нескольку раз.

Немного истории

Первой серьезной коррупционной архитектурой украинской таможни стал «Офис контрабанды» времен раннего Януковича. Тогда ключевую роль в нем играл Юрий Иванющенко (Юра Енакиевский), а кассу держал Аврамов Иван Иванович. Контрабандистам объяснили, что теперь все темы на таможне проводятся только через них, а доля с занижения плывет в кассу Юры и, что соблюдение этих правил является единственным залогом их успешной работы. Именно Иванющенко с Аврамовым посеяли на таможне зерна нового тренда, которые вскоре дали сочные плоды «Офису контрабанды».

На смену этой группе пришла более эффективная и техничная группа Игоря Калетника, а ключевым человеком в структуре, отвечающий за сбор кэша, стал его кум — таможенник Геннадий Романенко.

После бегства Януковича и самого Калетника, Романенко остался в стране, и так получилось, что кроме него не осталось людей, знающих как рулить таможней по коррупционным рельсам. Именно по этой причине, сумев войти в контакт с окружением Порошенко, Романенко стал советником Романа Насирова. До этого Насиров занимался исключительно налоговой, но именно с приходом Романенко он быстро замкнул на себе и таможню, возродив работу на старый лад.

Скандал, который поднял еще один зам Насирова Константин Ликарчук, в 2015 году, так и не смог сбить его с должности. Зато больно ударил по самому Ликарчуку, которого попросту уволили. Интересно, что расставленные на таможне лично господином Романенко еще в 2015 году «смотрящие» и «кассиры» как раз и всплыли сегодня в полном составе, предоставив общественности и СМИ вполне обоснованный повод для возмущений.

Пришедший на смену Насирову г-н Продан отодвинул Романенко от операционной работы с «кассой». При этом, вопреки его желанию, после смены Главы ГФСУ, таможня перешла под управление людей Грановского-Куршутова. Это, пожалуй, самая мощная группа теневого управления таможней, так как была «подкреплена» лично начальником департамента «К» СБУ Демчиной.

СБУ тогда полностью входило в состав «офиса контрабанды» как субъект. И именно СБУ стала играть основную роль в загоне бизнеса и таможенников. До этого таможня была самостоятельной влиятельной фигурой, а превратилась в пешку, которой СБУ спускала команды, как и в каких документах шлепать печати.

Массовые обыски, провокации, инсценировки взяток – весь набор грязных методов работал не только против бизнеса, но и тех таможенников, которые не желали служить «по понятиям». Первых загоняли «в кассу», вторых превращали в покорных рабов. Таким образом, офис «Грановского-Куршутова» был чрезвычайно силен и не менее эффективен.

При Нефедове офиса не было

Нефедов честно пытался сломать централизованную коррупцию и таки сломал ее. Но заблудившись в «трех березах» сам того не понял, как построил собственную модель региональной коррупции. «Феодалы» очень быстро построили на местах свои локальные офисы, де-факто выйдя из подчинения Киеву. По сути региональные таможни стали неуправляемыми. За это Макса Нефедова и убрали. Но вернемся к большой игре и принципу работы «Офиса контрабанды».

Схема выглядит так:

Таможня – выполняет техническую роль;

Офис Президента – предоставляет индульгенцию на системную коррупцию;

СБУ – обеспечивает силовое прикрытие и поддержку решений свыше кого «мочить», а кого «миловать»;

Смотрящие от бизнеса – избранные бизнесмены из числа контрабандистов, курирующие отношения внутри рынка, через которых происходит вход или выход из отношений с офисом. Сбор кэша так же идет через них;

Это основные игроки. В свою очередь, МВД, ГПУ, Кабмин и другие являются структурами, стоящими рядом за свой процент с процесса. И за этот процент они предпочитают не входить в активную фазу отношений с офисом. В рамках этой структуры таможенники выполняют роль исключительно технического звена, ответственного за правильное оформление грузов. Их задача – в строгом соответствии со «спущенным» кураторами списком «А», не замечать определенные компании, их грузы не проверять, цену не корректировать и очень быстро все оформлять. А вот по компаниям из списка «Б» — все наоборот: долго искать, что-то находить, цену завышать, оформлять долго, а лучше так ничего и не оформить по итогу.

Ключевая роль любого «офиса» принадлежит ОП и СБУ.

Из первого дают политическое добро на сбор кэша на свои нужды, а Служба обеспечивает безопасность процесса, помогая таможне «не замечать» фирмы из списка «А» и «кошмарить» коммерсантов из списка «Б».

Инструментов у СБУ для этого более чем достаточно. Специальное таможенное «4-е» управление в департаменте «К» как раз занимается исключительно этим. А именно, как говорится на корпоративном сленге – «загоном».

Кто же собирает кэш?

Этот вопрос лежит в ведении еще одной силы, входящей в структуру любого «офиса контрабанды» — избранных операторов рынка, которые сами являются контрабандистами, но на правах «офиса» берут на себя обязанности по формированию списков фирм «А» и «Б», их курированию, озвучиванию условий, тарифов, красных линий и так далее. В итоге, фигуранты из списка «А» получают право возить те или иные грузы по заниженной цене, весу, по подменной номенклатуре, ломаным инвойсам и т.д. За это платят «офису» по оговоренной таксе.

Фирмы «Б», как правило, представляют команду прошлой силы, которую действующий клан не хочет допускать к большой игре либо намерен загнать в процесс на своих условиях. Эти избранные бизнесмены по 24 часа 7 дней в неделю контролируют работу фирм из обоих списков и строго следят за соблюдением правил.

Во времена Порошенко и работы «офиса контрабанды Грановского» роль таких бизнесменов выполняли ТОП-контрабандист по турецким товарам Виктор Шерман и экс-крымчанин Сеяр Куршутов. Шерман держал целый офис менеджеров круглосуточно контролировавших оформление деклараций фирмами из списка «А» и вел параллельный подсчет кассы. Если выявлялись погрешности, и кто-то «не доносил», информация мгновенно передавалась представителю «офиса» из СБУ, руководителю департамента «К» Павлу Демчине. В свою очередь, люди Демчины из «4-ки» тут же проводили учебно-воспитательные мероприятия с компаниями-нарушителями: маски-шоу, обыски, задержания, арест грузов и другие привычные неприятности.

Сеяр Куршутов со своей стороны был сборщиком, держателем и распределителем кассы. К нему стекались ручейки черного нала со всех таможен, и от него же заработанные доли передавались СБУ, ГПУ, МВД, таможням. Куршутов был мозгом «офиса контрабанды» при Порошенко.

От Администрации Презиента всю конструкцию, а также самих Сеяра и Шермана, курировал ближайший к Порошенко партнер Александр Грановский. Его основным направлением деятельности были суды и прокуратура. Таможню ему навесили «в нагрузку», в качестве приятного кэшевого бонуса.

К чему мы так тщательно описываем эту иерархию? К тому, что сегодня по лекалам именно этой системы, ОП Зеленского выстраивает свой коррупционный таможенный «офис». Имея четкое понимание, что спустя год кавалеристская атака по реформированию таможни успешно захлебнулась и в бюджет от этой реформы денег поступает все меньше и меньше, чего не скажешь о скандалах, которых с каждым днем становится все больше и больше, в ОП приняли решение перевести «реформу» на понятные для всех рельсы. Зачем изобретать велосипед, если есть абсолютно рабочая модель, кадры, которые могут оперативно наладить работу. Дай только шанс!

И этот шанс этим кадрам был предоставлен. Ключевым стимулом для ОП к началу своей собственной коррупционной игры на таможне стали местные выборы. У Зеленского смекнули, что побеждать рейтингом и обещаниями становится все сложнее, поэтому нужна гречка, а значит и кэш…

С 19 августа, при Зеленском сменилось уже два главы таможни. Третьим стал Андрей Павловский, который с первых минут назначения также попал под разбор кадровой политики. Всего за один день на все таможни страны Павловский назначил людей из кадровой цепочки экс-таможенника Геннадия Романенко, который, напомним, был «смотрящим» за таможней при двух прошлых Президентах. При сравнении назначений Романенко в 2015 году при Насирове с новым кадровым расписанием, подписанным 20 августа 2020 года, отличий найти не получится — один в один.

Кстати, смеха ради, стоит отметить, что вся четверка новоназначенных начальников Львовской, Волынской, Закарпатской и Черновицкой таможен, являются теми же самыми лицами, которых так «красиво» увольнял Зеленский год назад, пребывая с визитом на Закарпатье. Все они — люди Романенко. Это — его бойцы, из его обоймы. Он их поставил на должности в 2015-м. В 2019-м Зеленский их уволил, и вот теперь, в 2020-м, с одобрения того же Зе, Романенко их «реинкарнировал».

Сегодня, как говорят наши информированные источники, Романенко – вновь ключевой человек в построении кадровой политики на таможне в интересах нового «офиса». А помогает ему еще один человек, сумевший пересидеть последний год год в тени — Сеяр Куршутов. На своем опыте и оставшихся связях в силовых структурах, Куршутов готов в кратчайшие сроки возобновить работу по сбору кэша.

В подтверждение ответственной роли Сеяра в этой игре говорит хотя бы факт назначения в структуру одного из опорных людей «офиса контрабанды Грановского» Игоря Резника. В былые времена своей активной работы Резник руководил двумя таможнями — Николаевской и Херсонской, обеспечивая кассовые поступления в центральный «офис». На прошлой неделе Резника внезапно и «скоропостижно», по очень сомнительному конкурсу, назначили директором департамента по борьбе с контрабандой. Его основная задача — загонять фирмы «Б» и максимально расширять список «А».

В свою очередь, начальником координационно-мониторинговой таможни назначен человек Резника Сергей Нидерман. Он полностью подчинен своему шефу, а поскольку эта таможня также является «загонщиком бизнеса», очевидно, что действовать будут в интересах «офиса».

Кто отвечает за новый «офис» в СБУ?

Столь деликатный вопрос ОП доверил лично Ивану Баканову, который от себя делегировал на этот кейс своего самого близкого человека в СБУ, начальника Внутренней безопасности Андрея Наумова. Он курирует весь коммерческий блок, включая 4-е таможенное управление в департаменте «К», руководит которым его ставленник Артем Капелюха. Именно они и будут обеспечивать прикрытие работы фирм «А» и загоны фирм «Б».

При этом, стоит отметить, что Министерство финансов и лично министр Марченко полностью отодвинуты от принятия каких-либо серьезных самостоятельных решений по таможне. Неведомой силой из ОП г-ну Марченко спущен приказ: «Все кадровые кейсы подписывать немедленно!».

И вот еще, что говорят знающие люди: и.о. главы таможни Павловский, который номинально является инициатором всех кадровых ротаций, в ближайшее время будет снят с должности, так как основную задачу он уже выполнил, осуществив кадровый переворот руками Романенко и Куршутова. Таким образом, его преемник будет формально чист перед законом и максимально номинальным перед хозяевами.

С чего будет наполняться бюджет?

Это не сложно понять. Горбатить на бюджет, как и прежде, будет «белый бизнес», который уже получает так называемые «таблички» с указанием граничной стоимости товаров, ниже которой подавать декларации будет запрещено.

Например, если кто-то возил носки по 2 доллара за кг, отныне он должен будет указывать в декларации не менее 3 долларов за кило. Нет, он может конечно же указать и 1 доллар, но тогда к нему на «чай» зайдет СБУ Наумова. А пока они будут «дружно» пить чай, фирмы из списка «А» завезут носки по 0,5 доллара. Игра очень проста и недвусмысленна. Открытым пока остается лишь один вопрос: кто конкретно в Офисе Президента дал добро на построение новой коррупционной структуры на таможне.

Зеленский — точно не Порошенко и не Янукович, которые лично курировали таможенный кейс. Скорее всего, Владимир Александрович просто не в курсе этой схемы, и закрутившись в водовороте политических событий отдал таможню в управление кому-то из своего окружения. Однако, узнав имя того, кому он ее доверил, украинское общество четко будет знать, кто строит новый «офис контрабанды Зеленского».

Источник:  bagnet.org

Next Post

Дмитрий Кузишен, Вадим Симонов и Виталий Романченко: коррупционные схемы в Госпродпотребслужбе Одессы

Ср Сен 23 , 2020
В предыдущих материалах мы рассказали, как, поставленный министром Аграрно-промышленной политики Николаем Присяжнюком, чиновник Дмитрий Кузишен создал на базе Госпродпотребслужбы преступные схемы по выбиванию с поставщиков десятков миллионов долларов США ежегодно.