Ирина Крук набрала кредитов и обанкротилась?

Жена Бориса Крука (сына экс-нардепа Юрия Крука), обвиняемого по делу о хищениях при ремонте зданий Генпрокуратуры,  умудрилась набрать в банках миллионные кредиты под фиктивные фирмы, после чего объявила себя банкротом и добилась соответствующего судебного решения. Об этом редакция 368.media  узнала из решения Хозяйственного суда Одесской области.

В сумме Ирина Крук на данный момент задолжала  «Ощадбанку» почти 18,2 млн гривен и примерно столько же ОАО «МТБ Банк» (на данный момент «Марфин Банк»), а также 75,3 тыс. гривен налоговой. При этом она заявила, что не получает никаких доходов, имущества у нее, кроме арестованного, нет, родители — пенсионеры, а дети не имеют дохода, в связи с чем вернуть долги она не может.

При этом арбитражный управляющий в суде сообщил, что Ирина Крук владеет не указанной в декларации недвижимостью и автомобилем, однако та заявила, что все это давно перерегистрировано на других людей, а своего у него якобы ничего не осталось. Судья Хозяйственного суда Одесской области Владимир Найфлейш ей поверил, официально признал банкротом, в связи с чем прекратил процедуру реструктуризации ее долгов, обязал управляющего реализацией имущества подготовить информацию о ее финансовом состоянии и т.д.

Впрочем, самой Ирине Крук такое решение не понравилось, и она подала апелляцию — дело в том, что пока решался вопрос о реструктуризации долгов, оставшееся ее имущество находилось под арестом и был введен мораторий на удовлетворение требований кредиторов, теперь же с ним, судя по всему, придется расстаться, а это, в частности, 6-комнатная квартира в Одессе на улице Осипова площадью 184,6 кв. м.

За эту квартиру, к слову, развернулась нешуточная борьба между «Марфин Банком» и «Ощадбанком» — квартира находится в ипотеке у «Ощадбанка», в связи с чем там настаивают на своем праве на данную недвижимость, в «Марфин Банке» же хотят получить хотя бы частичную компенсацию по невыплаченным кредитам и настаивают на продаже, в связи с чем судебные аресты на данную квартиру постоянно накладываются и снимаются в рамках разнообразных ходатайств разными судами.

Стоит отметить, что то, как именно Ирина Крук брала в банках кредиты, свидетельствует о том, что умысла отдавать деньги у нее не было изначально. К примеру, когда она открывала в ОАО «Морской транспортный банк» кредитную линию на 800 тыс. долларов в 2006 году, то указала аж 14 предприятий, доход от которых якобы получала. Однако, к примеру, вместо указанного ею ООО «Клондайк» по указанному ей адресу находилась совсем другая фирма, ранее действительно носившая название «Клондайк», но к Ирине Крук официально никакого отношения никогда не имевшая.

Более того, в той же справке Ирина Крук указала как две разные фирмы ООО «Альтернатива Плюс» и ООО «Альтернатива-Недвижимость», однако, во-первых, фирм с такими названиями на момент подачи справки не было в природе, а, во-вторых, они оказались одним и тем же предприятием, которое на момент открытия кредитной линии еще не существовало и было создано в 2007-м с названием «Агентство недвижимости «Земля 100». В дальнейшем его переименовали сначала в «Альтернатива-Недвижимость», а потом — в «Альтернатива Плюс». По данному факту в связи с подделкой документов в январе 2016 года было начато уголовное производство по ч. 4 ст. 358 УК, однако никаких следственных действий по нему не велось.

Что же касается имущества Ирины Крук, то оно начало исчезать после подачи со стороны «Марфин Банка» иска о возвращении кредитных средств в 2014 году, причем исчезало оно благодаря договорам купли-продажи, якобы заключенным ранее. В частности, на момент подачи иска в рамках его обеспечения суд арестовал кроме вышеуказанной квартиры на улице Осипова еще одну одесскую квартиру Ирины Крук площадью 165,9 кв. м., а также 15 земельных участков. Однако потом посыпались апелляции — один за другим появлялись новые собственники, которые заявляли, что купили недвижимость до наложения ареста, к делу отношения не имеют и имущество принадлежит им. В связи с этим суд раз за разом снимал аресты с недвижимости. Даже автомобиль Toyota Previa 2003 года, о котором арбитражный управляющий говорил, как о принадлежащем Ирине Крук на данный момент, официально был перерегистрирован на другого человека еще в 2016 году. В общем, благодаря всем этим махинациям Ирина Крук на данный момент действительно официально фактически нищая и долги погасить возможности не имеет.

 

Ее муж Борис Крук успел отличиться на ниве многомиллионных финансовых махинаций с экс-генпрокурором Виктором Пшонкой.

По данным следствия, Борис Крук помог тому вывести из бюджета 69 млн гривен, выделенных для ремонта зданий ГПУ, которые по тендерам по личным распоряжениям Пшонки достались фиктивному ООО «Телси», после этого средства уходили на счет еще одной фиктивной фирмы перечислили на счета «Прайм-Консалт» и обналичивались. Оба предприятия-«конверта» до сих пор, к слову, не ликвидированы.

Борис Крук в данной схеме выполнял роль «конвертатора» и отвечал как раз за вывод средств — как оказалось, «собственников» обеих фирм наняли за деньги в одном и том же селе Долинское Ананьевского района Одесской области. «Владельцу» «Телси» Владимиру Данильчуку заплатили около 300 долларов, «владельцу» «Прайм-Консалт» Василию Усатюку — 750 гривен. Оба сразу во всем сознались, заявили, что к финансовой деятельности «своих» фирм отношения не имели и пошли на сделку со следствием.

Впрочем, обе сделки на данный момент отменены по апелляциям адвокатов Крука — тот заявил, что заключение этих сделок ставит под удар его подзащитного, создавая основания для его обвинения.

Что касается судебного процесса по самому Борису Круку, то его адвокаты всячески затягивают дело в судах, не давая перейти к рассмотрению — заваливают судей жалобами и ходатайствами. Дело передают из суда в суд, кроме того, судя по всему, имеет место также давление судей — те периодически заявляют самоотвод, что также затягивает процесс рассмотрения.

источник:  368.media

Next Post

Олег Кияшко или старые фигуры по-новому

Вт Окт 13 , 2020
На днях должно состояться заседание, которое – как лакмусовая бумага – покажет всю степень чистоты работы и профессиональной чести людей в мантиях во всей украинской системе правосудия.